20Январь2019

В последнее время в Казахстане все чаще идут споры о перспективах и возможностях создания у нас т. н. «nation state» - национального государства, или политической нации, что суть одно и то же. Однако, следует осознать, что создание политической нации – процесс не просто протяженный во времени, но чреватый многочисленными «подводными камнями»…

Не будем брать в качестве примера историю Франции или Германии, которые являются образцом «национального государства» (в частности, жители этих стран считаются французами и немцами в независимости от своей этнической принадлежности), но даже если взять более близкий нам СССР, то становится очевидно, что становление «единого советского народа» сопровождалось многочисленными потрясениями и великими свершениями (Великая отечественная война, стройки БАМа, целина и проч.). А история суверенного Казахстана не насчитывает еще и двух десятков лет, и хотя потрясений в транзитном обществе хватает с избытком, однако пока ничего, что консолидировало бы казахстанскую нацию и заставляло бы ее сплачиваться вокруг одной цели, нет. А без единения создание политической нации представляется невозможным.
Между тем, даже успешное создание национального государства не гарантирует отсутствие в этой стране всплеска этнического самосознания и движения за политические права этносов. Это доказала история многих государств. Так что же может хоть в какой-то мере в будущем обезопасить республику от этнонационализма, если мы действительно выбираем путь создания в Казахстане политической нации? О том, что подобный вариант развития событий исключать нельзя говорит многое – хотя бы то, что, несмотря на хваленое межэтническое согласие, события в Казаткоме, Маловодном и Чилике все же случились. Да и претензии некоторых живущих в Казахстане этносов на создание собственного этнического государства тоже необходимо принимать во внимание.
И совершенно очевидно, что гарантом единства нации может быть только сильная государственная система, подкрепленная четкой, объединяющей все слои общества национальной идеей. Это бесспорно, поскольку «нация» и «государство» в данном случае становятся синонимами. Однако, это не означает, что в угоду строительству в Казахстане политической нации все живущие здесь этносы должны забыть о своей этнической идентичности, вовсе нет. Просто иерархия должна быть выстроена четко: сначала национально-государственная идентичность, а уж потом – этническая.

Подробнее ...

У нас вообще ко всяким инициативам относятся с недоверием, можно сказать, с чувством легкого испуга. Так, например, если вы будете развивать идею о том, что миллиарды долларов, заработанные на сырье, должны вкладываться в общедоступное образование, культуру, медицину, науку, искусство, оборонку или сельское хозяйство по принципу «здесь и сейчас», то вас легко могут обвинить в популизме, социальном иждивенчестве или экономической безграмотности.

Подробнее ...

Единого знаменателя о наиболее существенном влиянии государства или народа на ход истории не найдено и вряд ли это когда либо произойдет. Об этом спорили мудрецы на Востоке, древнегреческие философы, современные историки и писатели, люди искусства, политики и свинопасы, рабочие и кухарки и многие другие. И дело тут, не только в исторической антиномии данного вопроса, но и в субъективизме и тенденциозности  людей  трактующих этот вопрос.

Подробнее ...

Опыт многих современных государств показывает, что этническая принадлежность не является причиной конфликтный ситуаций в обществе. Главная причина в том, что конфликтные ситуации в обществе в той или иной степени зависят от персонального и коллективного общественного статуса людей, который часто проецируется их родной этнической средой. Тем не менее, степень этой зависимости сильно разнится. Тенденция к наибольшей самостоятельности от этнического происхождения, как правило, наблюдается в моноэтнических государствах. 

Подробнее ...

Состоящее из 130 различных этнических групп население Казахстана – это сложное по своей структуре общество, в котором происходят противоречивые процессы. С одной стороны, в казахстанском обществе идут процессы аккультурации и ассимиляции этнически и культурно близких малых этнических групп вокруг основной части общества, с другой стороны среди отдельных малых этнических групп сохраняется и усиливается процесс их этнического обособления. Отсюда вполне закономерным является проецирование данной ситуации на молодежную среду. Поэтому наличие этнокультурных особенностей развития казахстанской молодежи – данность, которая в обозримой перспективе будет оставаться актуальным для Казахстана.

В этой связи выделение казахстанской молодежи из числа малых этнических групп в самостоятельный объект исследования поможет выявить механизм формирования этнического самосознания, определить роль и значение этнической компоненты в развитии ценностных ориентаций подрастающего поколения.

1. Основные этапы и условия формирования этнокультурного самосознания и самоопределения молодежи: к постановке проблемы

Как известно, поведение этноса регулируется коллективным подсознанием его членов – этнокультурным самосознанием, которое является слабым отражением простейших и наиболее актуальных для текущего момента мыслей. При этом начальный этап формирования этнокультурного самосознания, «по мнению специалистов – юношеский возраст, т.е. период личностного становления и развития в самом ближайшем окружении – в кругу семьи, родственников и сверстников. В этот период завершается процесс накопления приобретенных этнических ценностей, символов и стереотипов поведения, закладывающих фундамент этнического самосознания» [1].

Семейные традиции и воспитание, а также общение с родственниками и сверстниками становятся главной движущей силой формирования этнокультурного самоопределения среди подрастающего поколения. Даже самые устоявшиеся этнические конструкты отходят на второй план, поскольку осознание молодежью своей этнокультурной самоидентификации происходит сквозь призму семейно-личностного восприятия. Так, например, у детей и подростков, чьи родители принадлежат к одной и той же этнической группе, как правило, не возникает проблемы этнического и культурного самоопределения, поскольку в привычном окружении у них проходит жизненный путь, формируется определенная модель восприятия действительности. Эта категория молодежи легко и безболезненно идентифицирует себя со своей этнической общностью, поскольку механизмом формирования этнических установок и стереотипов поведения здесь служит подражание. «Молодежь усваивает язык, культуру, традиции, социальные и этнические нормы родного этнического окружения. Этническое сознание такой молодежи строится гармонично, не входя в противоречие ни с окружающими людьми, ни с собственным внутренним миром» [2].

Однако в смешанных семьях формирование этнического сознания молодежи идет намного сложнее и противоречивее. Смешанная семья – это минимальная ячейка полиэтничного общества. Именно в такой семье можно увидеть всю сложность межэтнического взаимодействия. В ней на микросоциальном уровне прослеживаются разные культурные особенности этнических групп. От умения правильно и разумно их сочетать зависит как стабильность семьи, так и  характер общения младшего поколения. Именно в таких семьях  закладываются основы межкультурного диалога или, напротив, закрепляются негативные стереотипы, которые приводят к  национализму [3].

При этом осознание молодежью своей этнической принадлежности значительно варьируется в зависимости от того, в какой среде они живут – в полиэтнической или моноэтнической, сельской или городской. «Ситуация межэтнического общения даёт молодежи больше возможностей для приобретения знания об особенностях своей и других этнических групп, способствует развитию межэтнического понимания и формированию коммуникативных навыков. Отсутствие опыта межэтнического общения обусловливает, с одной стороны, меньшую предрасположенность к подобным контактам, с другой стороны – меньший интерес к собственной этничности» [4]. Почти аналогичным образом в городской среде молодежь проявляет высокий уровень социальной адаптации и активно вступает в процессы аккультурации и ассимиляции, а среди сельской молодежи сохраняются традиционные модели поведения, наблюдается тенденция к обособленному этнокультурному развитию. 

Поэтому вполне очевидно учитывать, что «неадекватно сформированное этническое самосознание, пробелы и упущения в этнической социализации, радикализм и перекосы в этнической мобилизации, особенно за счет участия в ней молодежи – эти и другие минусы закладываются именно в подростковые годы, в пору вступления зреющей молодежи в самостоятельную жизнь. Исправление этих недочетов, в которых общество и государство повинно больше, чем сама молодежь, обходится государству очень дорого» [5].

В целом, в подростковом возрасте процесс этнокультурного самоопределения молодежи формируется уже не только на основе семейного воспитания, но и под влиянием разнообразных социальных и культурных факторов, что, в свою очередь, влияет на культурную, политическую, межнациональную и иную ориентацию казахстанской молодежи.

2. Казахстанская молодежь из числа малых этнических групп: особенности и проблемы развития. Сложность процесса этнокультурного самоопределения казахстанской молодежи из числа малых этнических групп, как правило,связана с культурно-историческими традициями, религиозными установками и устоявшимися стереотипами их родного этнического окружения. Наглядная демонстрация этих отличительных особенностей, свойственных этническому окружению данной группы молодежи, выражена в наличии напряженности и недопонимания в их ближайшем окружении – в кругу семьи, родственников и сверстников. В особенности характерным является напряженность в семейных отношениях, когда подрастающее поколение испытывает давление двух отличающихся между собой культур – собственного этнического окружения и основной части общества. Все это усложняет процесс приобщения к культуре основного населения.

Малые этнические группы составляют в Казахстане незначительный процент населения. Их удельный вес в целом не позволяет им выступать в качестве самостоятельного социального регулятора в развитии молодежной среды, тем более что многие из них ввиду активной межобластной и межгородской внутренней миграции живут в отрыве от своей этнической общности. Но, несмотря на эти обстоятельства, в их среде наблюдается устойчивая тенденция к обособленному развитию. В этой связи представители молодежи из  числа малых этнических групп подвержены достаточно ощутимому влиянию своего этнокультурного окружения. Можно сказать, что этническая составляющая и культурные особенности развития оказывают все возрастающую роль в их кругу. Важным показателем этого является наметившееся противоречие между их этнокультурной идентификацией и социально-политической адаптацией к современным идеологическим и социально-экономическим реалиям Казахстана. В настоящий момент нет достоверных сведений, касающихся процесса их социальной адаптации в культуру молодежной среды Казахстана. Какой видит себя молодежь из числа малых этнических групп в будущем и как она взаимодействует с основной частью молодежи, – эти и другие вопросы остаются открытыми.

Характер социальных рисков для молодежи из числа малых этнических групп не так хорошо понятен, как и характер социальных рисков для молодежи в целом. Однако влияние этнокультурных особенностей развития их родного этнического окружения позволяет выявить основные сложности процесса приобщения малых этнокультурных групп к культуре основного населения. Поскольку каждая группа из числа малых этнических групп вбирает в себя множество культур, то этот факт дополнительно усложняет проблемы приобщения к культуре основного населения. Поэтому совершенно очевидно, что в этой области требуется проводить больше исследований.

Прежде всего, следует отметить, что казахстанская молодежь из числа малых этнических групп имеет иные уровни реакции на факторы социального риска в отличие от их сверстников, принадлежащих к остальной части общества. В их среде существуют различия в психологии и социальном поведении от молодежи основной части населения. Эти различия, как правило, сводятся к тому, что социальные навыки жизни, необходимые в современном казахстанском обществе, часто противоречат традиционным ценностям и ожиданиям их этнического окружения. Индивидуализм, уверенность в себе, критерии профессионализма, компетентности и личных достижений в особенности противоречат семейным традициям малых мусульманских и кавказских этнических групп, где первостепенным являются культивирование понятий сакральности семьи, главенства языка, религии и национальных традиций, наличие тесных социальных и этнических связей. 

Религиозная принадлежность малых этнических групп также устанавливает определенную норму и порядок жизни и тем или иным образом несет для их молодежи и подростков те установки, которыми они должны руководствоваться при выборе социальных ролей.

Так, например, вера оказывает большое влияние на очень актуальные для молодежи брачные установки и на выбор будущего супруга или супруги. Поэтому ситуация близких отношений и предстоящего брака между людьми двух различных национальностей часто воспринимается как конфликтная, поскольку здесь этничность и вероисповедание приобретают гораздо более важное значение, чем в повседневной жизни. И инициаторами этих конфликтных отношений, как правило, выступают их родители [6].

Таким образом, религиозное воспитание в семье (пример родителей, исповедующих ту или иную религию) и этнокультурный фактор религиозности (когда человек становится последователем той или иной религии, исходя из своей национальной принадлежности) тесно взаимосвязаны между собой. Поэтому можно отметить, что этническая и религиозная принадлежность молодежи из числа малых этнических групп определяет их естественную этнокультурную принадлежность.

В этом отношении «наиболее характерным и общественно одобряемым будут являться браки с представителями близких этнокультурных систем» [7], например, русских с украинцами, казахов с татарами, узбеков с уйгурами. «Т.е. чем больше сходства, тем чаще они заключаются, тем стабильнее и  сплоченнее семья. И наоборот, чем существеннее  межэтнические различия в бытовой поведенческой культуре, тем реже  заключаются  межэтнические браки» [8]. Проще говоря, различия в семейных традициях значительно препятствуют усвоению общей модели восприятия действительности.

Хотя, склонность к обособленному этнокультурному развитию является характерной чертой малых этнических групп, это естественное свойство их самосохранения в поликультурном обществе нередко приобретает довольно противоречивые формы. Многое зависит от того, насколько между ними и основной частью населения прослеживается наличие необходимой степени этнического и культурного родства, аккультурации и ассимиляции с основной частью населении. И социальная адаптация национальных меньшинств есть совокупный результат указанных процессов.

В Казахстане эти процессы развиваются, в целом, в неоднозначном русле, поскольку для многих малых мусульманских и в особенности кавказских этнических групп, проживающих в республике, наиболее выраженным остается этнокультурная обособленность развития, где основой социализации молодой личности выступает этническая или религиозная компонента. Это обусловливает их социальную самоизоляцию, стремление к обособленному развитию в рамках своего этнического и культурного окружения. Соответственно,  этнический язык и вера являются основными выразителями этнокультурной самоидентификации молодежи в указанных этнических группах. Если язык обеспечивает возникновение коммуникативных сетей внутри этнических сообществ, то вера – стабильность этих сообществ.

Психология молодежи, выросшей в таком окружении, будет ограничена традиционными представлениями родного этнического (этничность) и культурного (вера) окружения. Проще говоря, разговаривая на одном языке и формально подчиняясь одному государственному устройству, живя, в общем, в схожих условиях, молодежь из числа малых этнических групп остается абсолютно отличается от молодежи основного населения, т.е. казахов и русских.

В целом, многие из этих объяснений не дают оценки уровня стресса, переживаемого в молодежной среде из числа малых этнических групп, а исходят лишь из предположения, что такие процессы, как усвоение другой культуры, осложняют их социальную и этнокультурную адаптацию среди сверстников. Уже сегодня на личностном уровне в молодежной среде наблюдаются признаки кризиса гражданской идентичности со своей страной, что в условиях ее дальнейшей социальной изоляции и этнокультурного обособления может обернуться реальной угрозой потери ими идеи общегражданской идентичности. Поэтому нельзя игнорировать и, тем более, отпускать эти процессы на самотек, поскольку в своем крайнем выражении все это может привести к дроблению и расколу молодежи по этническим и культурным признакам, утрате ею чувства общности и гражданской солидарности и единения. 

Еще одним аспектом, вызывающим интерес к проблеме этнокультурной обособленности молодежи из числа малых этнических групп, является модель экономической адаптации и социального поведения их родного этнического окружения.

Как показывает опыт, и это в особенности наглядно проявляется «в условиях рыночных отношений,  основными характеристиками этнических меньшинств является этническая предприимчивость, групповая солидарность и социальная мобильность» [9]. Причем в Казахстане данная ситуация приобрела наглядную форму, и тенденции выглядят более симптоматичными. Малые этнические группы концентрируют в своих руках значительные  торговые и коммерческие активы и часто становятся посредником между производителем и потребителем, работодателем и наемным работником, владельцем и арендатором, элитой и простым населением. В итоге, меньшинство, занимающееся торговлей,  находит себе конкурентов, как среди других малых этнических групп, так и по отношению к основной части населения. При этом конфликт возникает не из-за экономической конкуренции, а, скорее, вследствие наибольшей приспособленности этнических меньшинств кооперировать свои усилия в угоду своей этнической группы, вследствие чего издержки выпадают на долю других этнических групп.

Все это приводит к тому, что коренное население чувствует себя обделенным, что только усиливает накал страстей вокруг малых этнических групп и проецирует негативное отношение в целом против всех национальных меньшинств, которые  «установили свои правила», а «нас» в «нашем» городе еще и «обирают». Такой ход рассуждений соблазнительно прост и удобен: обирает – не потому, что нечестный человек, а оттого, что «не наш», собственный же народ оказывается жертвой злокозненных чужаков. Именно так выглядит механизм формирования негативной этнической установки» [10].

В случае с молодежью, речь идет о том, что малый и средний бизнес, а именно в нем представители малых этнических групп чаще всего находят свое место, нередко становится объектом различных криминально-коммерческих и криминально-бытовых историй.

В целом, множественность и разнообразие этнических и культурных особенностей развития – это реальные условия жизнедеятельности современного казахстанского общества, которые влияют на его организацию и функционирование. Между тем, в условиях смены устоявшихся стереотипов, ценностей, социальных структур, апелляция к этнокультурному самосознанию показывает его регулирующую роль в жизни нашего общества. И тот факт, что казахстанская молодежь состоит из различных этнических групп, имеет в своей этнокультурной основе разные языки, культуру и менталитет, может обусловить возникновение напряженностей в молодежной среде.

Проще говоря, молодежь стремится быть таким же, как его семья, соседи, друзья, принадлежащие к определенной этнической группе. Соответственно, в этнокультурном самосознании молодежи из числа малых этнических групп отражаются особенности этнокультурной ситуации в казахстанском обществе в целом. Исходя из этого, можно выявить круг проблем, раскрывающих общую тенденцию развития этнополитических процессов в Казахстане – среди молодежи из числа малых этнических групп наблюдается устойчивая тенденция к обособленному развитию в рамках собственного этнического окружения, что обуславливает в их среде низкую социальную адаптацию. Этноориентированные детерминанты оказывают в их среде решающую роль, как в личностном становлении и усвоении социальных навыков общения, так и в выборе ценностно-мировоззренческих ориентаций. Причем, низкий уровень социальной адаптации, как и менее выраженная склонность к идеологической и политической адаптации к казахстанским реалиям, характерен преимущественно молодежи из числа малых мусульманских и кавказских этнических групп.

 

Литература:

1. В.С. Воронцов. Этническое самосознание учащейся молодежи Удмуртии (по данным этносоциологических опросов). Специальность 07.00.07 – этнография, этнология, антропология.  Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук, Ижевск – 2003. – С. 3.

2. И.И. Самойлова. Социокультурные факторы влияния на состояние межэтнической  семьи.http://rspu.edu.ru/university/publish/pednauka/2004_2/02Samoylova.htm.

            3. И.И. Самойлова. Социокультурные факторы влияния на состояние межэтнической  семьи.  http://rspu.edu.ru/university/publish/pednauka/2004_2/02Samoylova.htm.                         4. М.З. Магомедова. Соотношение этнического и конфессионального факторов в формировании этноконфессиональной толерантности.   http://www.ethnonet.ru/ru/pub/magom.html.

  1. Губогао М.Н. На перекрестке этнической и молодежной политики//Идентификация идентичности. Этнополитический ракурс/Сост и отв. ред. М.Н. Губогао. – Москва, 1998. – С.8-9.

6. Е. Лукьянова. Этнические различия в повседневной жизни молодежи.  http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Sociolog/Article/luk_etnrazl.php.

7. А.В. Верещагина. Этнически смешанные семьи на Северном Кавказе: образование и межэтническая адаптация. Диссер. на соиск. уч. степени канд. социолог. наук. Ростов-на-Дону, 2003г. – 26 с.

8. А.В. Верещагина. Этнически смешанные семьи на Северном Кавказе: образование и межэтническая адаптация. Диссерт. на соиск. уч. степени канд.социолог.наук. Ростов-на-Дону, 2003г. – 26 с.

  1. Там же

 

24.09.2008

 

Автор: Мухит Асанбаев, Вице-президент Казахстанского центра гуманитарно-политической конъюнктуры, кандидат политических наук

Подробнее ...


5 сентября исполнится 136 лет Ахмету Байтурсынову, одному из создателей партии «Алаш». Самой партии недавно перевалило за 91 год. Директор Дома-музея Ахмета Байтурсынова Райхан Имаханбетова собирается 5 сентября отметить день рождения этой исторической личности: ученого, просветителя, публициста, общественного и политического деятеля, одного из основателей партии «Алаш». Это на полгода раньше, чем праздновали прежде. К тому же «именинник» ее стараниями помолодел на два года – ему исполнится 136 лет. Биографические данные «подкорректированы» пару лет назад, но в газетных материалах,

Подробнее ...


  В России официально летописи населения проводились в 1989 и 2002 годах. За этот период численность казахов там увеличилась на 20 тысяч – 634 тысяч до почти 654 тысяч. Хотя Казахстан имеет самую продолжительную в мире межгосударственную границу с Россией (порядка 7 тысяч километров), в постсоветский период такого притока представителей коренного населения туда отсюда, какой был из других бывших союзных республик, к примеру, из Азербайджана, Грузии, Армении, Узбекистана и Таджикистана, не наблюдалось.

Подробнее ...


Страница 5 из 7